16 октября 1862 года император Александр II утвердил новый Устав сберегательных касс, отражавший изменившиеся условия экономический жизни Российской империи. С принятием нового Устава кассы переходили в ведение Государственного банка.
Изменения, ведущие к прорыву
Одновременно правительство начало принимать дополнительные законодательные акты, призванные увеличить число сберегательных учреждений в стране. Например, «Устав о городских сберегательных кассах», согласно которому кассы предписано открывать «во всех городах, посадах и местечках, состоящих на городовом положении».
Городской староста Усть-Сысольска – так назывался до 1930 года город Сыктывкар – отрапортовал Городской Думе, что 28 февраля 1865 года в городе открылась сберегательная касса.
Однако городские власти на местах не спешили воспользоваться таким шансом. Из 107 касс, которые нужно было открыть, реально действовали 13.
После утверждения нового Устава касса переехала с Казанской улицы, 7 в здание Государственного банка Российской империи.
Здание на Садовой улице, 21 возвёл Джакомо Кваренги в 1783-1790 годах. Архитектор создал уникальную постройку, совместившую пространственную целостность и жёсткую функциональность. Здесь было всё необходимое для полноценной работы банка – от удобных кабинетов и залов заседаний до надёжных деньгохранилищ. Неслучайно именно здесь вплоть до конца 1917 года хранился золотой запас Российской империи.
В фондах Музея Сбера хранится редкий альбом открытых писем (почтовых открыток) «Банки Российской империи», изданный благотворительной Общиной святой Евгении. В нём более 50 уникальных фотографий зданий, в которых располагались банковские учреждения начала ХХ века. Участие талантливых художников, тщательный отбор репродуцируемых произведений, разнообразие тем, постоянное внимание к качеству печати – всё это делало открытки Общины святой Евгении одними из лучших.
Открытка с изображением Госбанка из коллекции открыток «Банки Российской империи».
В XIX веке без канцелярского ножа было не обойтись – он применялся ежедневно для вскрытия корреспонденции, отчётов и журналов, в которых страницы были склеены.
Канцелярский нож XIX века
Люди и культура
С 1864 года руководителем отдела контроля был Пётр Александрович Ефремов, выдающийся руководитель и незаурядный человек. Во второй половине XIX века его знала вся читающая Россия. В популярных журналах – «Современнике», «Русской старине», «Русском архиве» – регулярно появлялись интересные заметки П. А. Ефремова, как правило, посвящённые книжным редкостям. Под его редакцией выходили собрания сочинений А. С. Пушкина, М. Ю. Лермонтова, К. Ф. Рылеева, В. А. Жуковского.
В 1863 году Пётр Александрович по предложению управляющего Государственным банком Е. И. Ламанского перешёл на службу в Государственный банк по отделению сберегательных касс. Его дальнейшая служебная карьера, весьма удачная, была связана с Санкт-Петербургской сберегательной кассой.
С 1872 по 1889 годы Ефремов занимал должность директора Санкт-Петербургской сберегательной кассы. С 1889 и до выхода в отставку в 1893 году Ефремов был директором Государственного банка, но сохранил главное заведование всеми сберегательными кассами.
П. А. Ефремов
По инициативе Петра Александровича и при его непосредственном участии было разрешено учреждать сберегательные кассы при всех губернских и уездных казначействах, а с 1889 года по английскому образцу – во всех филиалах почтово-телеграфного ведомства. Это резко увеличило количество сберегательных касс и приблизило их к российским крестьянам.
Всё для клиента
Размер разового вклада был повышен с 10 до 25 рублей, а в 1864 году – до 50 рублей. Были учтены пожелания вкладчиков, которые по отзыву Министерства финансов «нередко должны были приходить издалека и для внесения в кассу несколько большего сбережения принуждены были терять много рабочего времени».
Максимальная сумма вклада возросла с 300 до 1000 рублей, капитализация вкладов пока остаётся прежней – 3% годовых, но вскоре возрастёт до 4%. По желанию клиента его сбережения, превысившие 100 рублей, могли обращаться в государственные фонды (5% банковые бумаги).
Копилки должны были служить постоянным посредником между вкладчиком и сберегательной кассой, часто расположенной далеко от места жительства клиента. В Сибири, где было особенно трудно создать широкую сеть сберегательных касс, это было удобно. Домашние копилки выдавались клиентам для облегчения и поощрения накопления сбережений. Это были вклады, которые хранились дома, и для их пополнения не нужно было посещать кредитное учреждение.
В фондах музея находится коллекция домашних копилок XIX – начала XX в.
Копилка выдавалась клиенту сберегательной кассы, и она была закрыта на ключ под залог, который служил обеспечением возврата клиентом копилки в исправном виде и записывался на счёт клиента как вклад, с начислением на него процентов.
Домашняя копилка
Сегодня мы живём в эпоху, в которой кошельки не являются необходимостью. Представить такое в 19 веке было невозможно, деньги носили в кошельках, монетницах, портмоне. Это было не только удобство и сохранность, но и культура уважительного отношения к финансам.
В музее Сбера представлены кошельки XIX-ХХ веков. Различные интересные экспонаты из серебра, кожи и ткани. Со второй половины XIX века было модно носить небольшие кошельки для монет с различными надписями пожелания богатства, удачи и процветания.
Культура сбережений постепенно начинает входить в жизнь людей разных сословий. Откладывать деньги «на книжку» становится финансовой привычкой у разных слоёв населения. Не всегда это лишние деньги, часто речь идёт о совсем небольших суммах, выкроенных с трудом.
Безопасность и синица в руке
С введением новых правил изменился порядок выдачи вкладов предъявителям сберегательных книжек. Снять деньги со сберегательной книжки владелец мог только по предъявлении удостоверения личности, которое нужно было специально «выправлять» в полиции. Если клиент неграмотен, а среди низших сословий такой процент достаточно высок, в свидетельстве требовалось обозначить доверенное лицо, которое может расписаться за вкладчика. При этом была необходима справка из полицейского участка о благонадёжности клиента.
Эти, на первый взгляд, неудобные шаги ограждали клиентов сберкасс от мошенников.
Сильно затруднило работу сберегательных касс появление частных коммерческих учреждений, предлагавших более высокий процент. Если в конце 1865 года в стране действовал единственный частный коммерческий банк, то к концу 1872 года операции вели 12 подобных заведений.
Если в конце 1865 года в стране действовал единственный частный коммерческий банк, то к концу 1872 года операции вели 12 подобных заведений.
Конкурировать с ними кассам было непросто, проценты в них были гораздо привлекательнее для клиентов. Несмотря на все усилия, остаток вкладов сокращался. Но крах коммерческого Ссудного банка в Москве в 1875 году изменил ход событий.
Во второй половине 1870-х годов коммерческие банки пережили период глубокого кризиса. Клиентура, особенно мелкая, избавившаяся от иллюзий, постепенно возвращается в сберегательные кассы, где деньги находятся под надёжной защитой государства.