У истоков — два человека, занимающие высокий статус в Российской империи, назначенные лично императором Почётными опекунами Санкт-Петербургского Воспитательного дома. Они составляют проект, которому суждено изменить финансовые привычки страны.
Начало счёта
Михаил Юрьевич Виельгорский считал важнейшей человеческой обязанностью нести добро людям и следовал этим взглядам на протяжении жизни. Он творил добро как по своей должности Почётного опекуна Воспитательного дома, так и по велению души. Именно он организовал благотворительную лотерею для выкупа из крепостной зависимости Тараса Шевченко и собрал огромную по тем временам сумму — 2,5 тысячи рублей.
Иван Дмитриевич Чертков принадлежал к воронежскому дворянству, с 1813 по 1833 годы служил в армии. Выйдя в отставку, продолжил службу в благотворительных учреждениях. В декабре 1835 года он назначен Почётным опекуном Санкт-Петербургского Опекунского совета. В 1840-1841 годах принял участие в разработке проекта сберегательных касс.
Перед запуском высшие государственные чины и сам император Николай I изучают опыт Европы — в сберкассы Англии, Франции и Германии направляют чиновника Министерства внутренних дел, чтобы понять, как устроена система. Но решают идти собственным путём: с опорой на Опекунские советы, со строгими лимитами вкладов, понятными «всякого звания людям».
12 ноября (30 октября) 1841 года император Николай I подписал Указ о создании сберегательных касс и утвердил Устав. Весной 1842 года открываются первые отделения — в Петербурге и Москве.
Первый адрес:
Санкт-Петербург, ул. Казанская, 7
Весной 1842 года в доме Опекунского совета на Казанской улице, 7, рядом с Невским проспектом, открывается первая в России сберегательная касса. Здание спроектировано Джакомо Кваренги — тем самым архитектором, что построил Смольный институт и Александровский дворец. Строгие пропорции, светлая парадная лестница, бельэтаж с помещением кассы слева от центрального пролёта.
Внутри — четыре ясеневых стола, покрытых зелёным сукном (работа столяра Фомы Никитина, 490 рублей), стенные часы с боем недельного завода (мастер Винтергальдер, 85 рублей), канцелярские принадлежности, книги учёта.
На фасаде — бронзовая вывеска мастера Герена: «Сберегательная касса». На первоначальное обустройство ушло 724 рубля 97 копеек — заметные деньги для нового учреждения, когда ещё не было уверенности в потоке клиентов. Касса работала по воскресеньям с 9 до 14 — удобное окно для тех, кто всю неделю занят.
Почти двадцать лет касса прослужила на Казанской улице, а в 1862 году переехала на Садовую, 21. Сегодня о первом адресе напоминает памятная доска на фасаде.
Москва, ул. Солянка, 14
5 апреля 1842 года открывается Московская сберегательная касса — на улице Солянка, 14, в здании Опекунского совета, построенном в стиле ампир архитекторами Доменико Жилярди и Афанасием Григорьевым. В 1847-м проведена перестройка по проекту М. Д. Быковского. На фасадах и в интерьерах до сих пор можно увидеть рельефы пеликанов — ранний символ касс.
Солянка, 14 знаменита упоминанием и в литературном наследии:
Первая команда и её ритм
По Уставу кассы принимают вклады раз в неделю — значит, служащие либо работают без полноценного выходного, либо теряют часть жалования. В стартовом составе Петербургской кассы: директор — сначала обязанности исполнял Яков Корчаковский, затем с 1844 года директором назначен Николай Турчанинов — талантливый руководитель; кассир Сергей Андреев, бухгалтер Константин Ламих и четыре писца.
С 1844 до 1856 года штат Петербургской сберегательной кассы оставался неизменным.
Мундиры сотрудников тёмно-зелёные, с золочёными пуговицами и эмблемой пеликана, кормящего птенцов. Это не просто декоративная деталь — прямой знак ведомства, символизирующий идею защищать, беречь, помогать.
Пеликан: символ, который читается без слов
Эмблема пришла из ведомства Императрицы Марии: с 1797 года пеликан — символ самоотверженной заботы. С 1841 по 1862 годы именно пеликан был логотипом сберегательных касс и красовался на первых сберкнижках.
С 1819 года Воспитательным домам передано производство карт, их выпускали в Санкт-Петербурге на Александровской мануфактуре, продажа производилась через приказы общественного призрения. Стоили карты дорого. С 1881 года самая лучшая колода в 52 карты обходилась игрокам в 3 рубля, а самая дешёвая, второго сорта — в 60 копеек. Пасьянсные карты стоили 1 рубль 20 копеек. В современных карточных колодах можно видеть пеликана на бубновом тузе. Интересно, что с 1866 года Карточной мануфактурой руководил Николай Антонович Кристофари.
Первый вклад и книжка № 1
1 марта 1842 года, в воскресенье, порог кассы на Казанской, 7 переступает Николай Антонович Кристофари, служащий Ссудной казны. Он вносит 10 рублей — максимальную по Уставу сумму единовременного вклада — и получает сберегательную книжку № 1.
Правила прозрачны: вносить можно от 50 копеек до 10 рублей, процент — 4% годовых, максимум на счёте — 300 рублей. Приём — по воскресеньям, с 9 до 14.
Кристофари проживёт почти 80 лет и сделает блестящую карьеру, дослужившись до тайного советника.
Как быстро это стало системой
Традиция составления годовых отчётов появляется почти сразу: 1844 год подводит итоги за десять месяцев 1842-го и за 1843-й.
На старте открыто 1764 книжки, к началу 1844-го — уже 3434.
В срезе вкладчиков видно главное — социальную широту:
— 555 чиновников
— 43 купца
— 170 мещан
— 111 ремесленников
— 212 крестьян
— 306 военных нижних чинов
— 573 «малолетних»
— 78 разночинцев
— 41 иностранец
Сеть растёт
По настоянию М. С. Воронцова в 1842 году открывается касса в Одессе. Затем 21 октября 1846 года принят закон о губернских кассах — открывать при Приказах общественного призрения, процент по вкладам — 4%.
Открытие касс:
Одесса — 1842 г.
Касса Войска Донского — весна 1847 г.
Нижний Новгород — 26 апреля 1849 г.
Владимир — 6 сентября 1849 г.
Псков — 13 июня 1850 г.
После корректировок Министерства внутренних дел в 1853 году лимиты растут
— Единовременный взнос — до 50 рублей
— Максимум на счёте — до 750 рублей
Режим работы расширяют (Петербург — 5 дней, Москва — 3). К 1859 году открыто уже 65,5 тысяч счетов с остатком 1,9 млн рублей.
Тогда никто не называл это финансовым планированием — просто хотели, чтобы труд не пропадал зря, чтобы после тяжёлой недели можно было отложить хоть немного, чтобы завтра было спокойнее, чем вчера.