Джулиан Робертсон — один из самых известных и успешных инвесторов своего поколения. Рост активов под его управлением на протяжении десятилетий в два раза опережал рост американского рынка. Его принципы особенно полезны в периоды, когда рынки падают, а акции становятся ещё более недооценёнными.
Кто такой Робертсон
Джулиан Робертсон — основатель Tiger Management, одного из первых хедж-фондов в мире. С момента открытия в 1980 году до 1998 года, когда был достигнут пик по размеру активов под его управлением, фонд показывал среднегодовую доходность в 31,7%. Иными словами, каждые 100 тысяч $, вложенные в фонд в 1980 году, к 1998-му выросли до 11 млн $.
Для сравнения: индекс S&P 500 в тот же период рос в среднем только на 12,7%. При этом фонд не был нацелен на рискованные инвестиции: за 21 год своего существования он показывал отрицательную доходность только четыре раза.
Такой успех привлекал инвесторов. В 1980–1998 годах размер активов фонда увеличился с 8 млн $ до 22 млрд $. При этом Робертсона ставили в один ряд с выдающимися инвесторами того времени, такими как Джордж Сорос и Майкл Стейнхардт, отмечает Bloomberg.
Изначально Робертсон специализировался на выборе отдельных акций. Он и менеджеры его фонда — многие из них затем сами стали известными управляющими — всесторонне изучали компании перед покупкой и находили те, что казались недорогими относительно финансовых показателей, таких как ожидаемый рост прибыли. Если акция казалась им переоценённой, ставили на её снижение.
В 1990-е годы Робертсон стал тяготеть к инвестированию на основе прогнозирования макротрендов, влияющих на движения процентных ставок и валют. После неудачной ставки на изменение курса японской иены в 1998 году инвесторы начали выводить деньги из его фонда, а сам Робертсон решил вернуться к выбору отдельных акций.
В 1999 году, несмотря на быстрый рост технологических компаний, фонд принёс инвесторам убыток в 19%, потому что Робертсон избегал вложений в переоценённые акции. Для сравнения: Berkshire Hathaway Уоррена Баффета, который также не инвестировал в IT-компании, в 1999-м потеряла 19,9%.
В первом квартале 2000 года Tiger упал ещё на 14%, и из-за ухода большей части инвесторов Робертсон принял решение закрыть фонд. С марта по апрель индекс Nasdaq рухнул на 71%, что ознаменовало последнюю стадию схлопывания пузыря доткомов. Вероятно, фонд снова быстро вернулся бы к прибыли, так как акции нетехнологических компаний восстановились быстрее.
Несмотря на падение в последние пару лет, среднегодовую доходность Tiger можно назвать выдающейся: 24,8% в 1980–2000 годах. После закрытия Tiger Робертсон отошёл от дел и управлял только собственными деньгами. «Не хочу, чтобы в моём некрологе написали: „Он умер, следя за котировками иены в два часа ночи“», — сказал он в 2013 году.
Принципы Робертсона
— Ключом к успеху Tiger на протяжении многих лет была неуклонная приверженность стратегии покупки лучших акций и короткой продажи (то есть шорта, ставки на снижение. — Прим. ред. Инвестиции.Доходчиво) худших. В рациональной среде эта стратегия работает хорошо. Но на иррациональном рынке, где оценка прибыли и цены уступают место щелчкам [компьютерной] мыши и импульсу, такая логика, как мы узнали, не имеет большого значения. (источник)
Это цитата из последнего письма инвесторам, которое отправил Робертсон за день до закрытия фонда. В нём он признаёт, что на рынке на стадии пузыря его стратегия неэффективна, — завышенные цены не поддаются логике. При этом, пишет Робертсон, стоимостное инвестирование, то есть поиск недооценённых компаний, в долгосрочной перспективе — лучшая стратегия. Неизвестно, какую доходность показал бы Tiger после того, как пузырь доткомов лопнул, но акции Berkshire в 2000 году выросли уже на 26,6%. Однако инвесторам стоит помнить, что рынки, как сказал Джон Мейнард Кейнс, могут оставаться иррациональными дольше, чем ожидается.
Некоторые из технологических компаний торгуются за пять-шесть годовых прибылей и стоят в два-три раза больше годового денежного потока — это просто невообразимо, говорил Робертсон в 1999 году.
— Для ставок на снижение я ищу сильно переоценённые компании с плохим менеджментом в отрасли, которая находится в упадке или неправильно оценивается [рынком]. (источник)
Ставки на снижение акций — более рискованные, чем на рост, и их активнее делают хедж-фонды или другие крупные инвесторы на заёмный капитал. Робертсон потерял много денег в конце 1990-х из-за того, что шортил переоценённые акции технологических компаний и производителей телекоммуникационного оборудования. Частные инвесторы могут использовать эти критерии для отбора акций в портфель.
— Я не верю, что можно инвестировать исходя из краткосрочной перспективы. Я думаю, что можно делать хорошие долгосрочные ставки, но я точно не знаю, что произойдёт в ближайшие шесть месяцев. (источник)
Предсказывать, куда пойдёт рынок, в краткосрочной перспективе практически невозможно. Как подсчитали в Bank of America (этот отчёт есть у редакции) на основе данных за 1929–2021 годы, вероятность того, что американский рынок акций упадёт в отдельно взятый день, составляет 46%, что примерно равно вероятности выпадения одной из сторон при подбрасывании монеты. При этом, если увеличить горизонт инвестирования до пяти лет, вероятность получить отрицательную доходность на горизонте одного года при инвестициях в рынок в целом — 26%, на горизонте 10 лет — всего 6%.
— Самое важное — это избегать больших потерь. (источник)
Инвесторы, которые приходят на рынок, чтобы много заработать, покупают акции быстрорастущих компаний, активно спекулируют, и т. д. Такая стратегия зачастую приносит убытки. Исследования, проведённые в разных странах, свидетельствуют о том, что большинство непрофессиональных трейдеров показывают убытки. Дорогие акции компаний из прорывных отраслей могут принести большой доход, но также более рискованны, чем бумаги компаний с устоявшимся бизнесом.
Робертсон считал, что инвесторам важно избегать больших потерь, потому что именно неудачные инвестиции тянут вниз общую доходность. Он никогда не инвестировал больше 5% капитала в одну бумагу, что ограничивало риски.
— Инвестор должен оказаться правым и когда продаёт, и когда покупает. (источник)
Как и многие другие стоимостные инвесторы, Робертсон выступал против попытки угадать идеальное время для покупки акций. Главная проблема в маркет-тайминге — в трудности предсказания настроений инвесторов и макроэкономических трендов. Сам Робертсон также в этом ошибался.
Что ещё почитать
- Робертсон смог распознать пузырь доткомов, но не смог убедить в его наличии инвесторов фонда. Об этом и других крупных пузырях рассказываем тут.
- Частные инвесторы имеют ряд преимуществ перед профессионалами: к примеру, они управляют меньшими суммами. О других отличиях между двумя категориями инвесторов — в этой статье.
- Чтобы быть хорошим инвестором, не обязательно иметь профильное образование. Можно постараться развивать в себе эти семь качеств.
