Акционерные общества — сравнительно недавнее для человечества явление. Люди принялись добровольно объединять капиталы для извлечения прибыли, что стимулировало развитие мореплавания, а позднее — железных дорог, телефона и многого другого. Чем так хороши акционерные общества и какова их история в дореволюционной России, читайте в нашем материале.
Распространение акционерных обществ началось в XV веке, в эпоху Великих географических открытий. И ускорилось в XVIII веке, с началом промышленной революции, когда товарно‑денежные отношения достигли высокого уровня развития. А вот когда акционерные общества появились, историки спорят до сих пор.
Отсчёт можно вести с XIII века. Около 1250 года во французской Тулузе местное Общество мукомолов — объединение горожан, владевшее несколькими мельницами для переработки пшеницы — продало 96 акций своего предприятия. До расцвета акционерных компаний оставалось ещё несколько веков, но после Тулузы акции стали продаваться всё чаще и во всё большем количестве.
От Аляски до «Ленкома»: первые шаги
В России ещё при Иване Грозном английские купцы создали «Московскую компанию торговых предпринимателей». Кроме торговых, впрочем, у неё были ещё и дипломатические функции. Первые в чистом виде акционерные компании возникли при Петре Великом по указу 1699 года. В 1755 году купцы при участии правительства учредили «Водолазную компанию», в 1757 году — «Российскую в Константинополе торгующую компанию». В 1799 году — «Акционерную компанию для строения кораблей».
Поначалу такие организации существовали вне правового поля, но постепенно в России, как и в Европе, принимались регулирующие их деятельность правила и законодательные нормы. Система управления «Российской в Константинополе торгующей коммерческой компании», основанной сенатским указом, была во многом заимствована у Голландской Ост‑Индской компании. Но с минимальным правовым регулированием — почти всё правительство оставляло на усмотрение учредителей, действовавших и как директора. Их решения были обязательны и отмене не подлежали.
А в 1799 году был утверждён устав «Российско‑Американской акционерной компании». Это не был союз русского и американского капитала, как можно заключить из названия. Общество было создано для освоения «русской Америки», то есть Аляски. В 1802 году акционерами компании стали Александр I, приобретший 20 акций, и члены императорской семьи. Прибыль они направляли на благотворительность. В 1867 году Аляска была продана, и Российско‑Американская компания прекратила свою деятельность. Но она существовала вплоть до 1881 года, а потом ещё семь лет выплачивала дивиденды.
Общество, кстати, вошло не только в историю, но и в искусство. Именно на кораблях Российско‑Американской компании «Юнона» и «Авось», ведомых капитанами Гавриилом Давыдовым и Николаем Хвостовым, камергер и большой авантюрист Николай Резанов в 1806 году достиг берегов Калифорнии. Там в него влюбилась дочь коменданта Сан‑Франциско, пятнадцатилетняя красавица Кончита Аргуэльо. Они обручились, в следующем году Резанов погиб, и Кончита сохраняла ему верность целых 50 лет, до самой своей смерти. А рок‑опера Алексея Рыбникова и Андрея Вознесенского «Юнона и Авось» долгое время была самым кассовым спектаклем в «Ленкоме».
Новая законодательная база
Во второй половине XVII века власти и общество в России постепенно осознали эффективность акционерной формы и возможности, которые она предоставляла для торговли, в первую очередь с другими странами. Неудивительно, что интерес к акционерным компаниям стали проявлять российские вельможи. Правительство предоставляло их учредителям значительную свободу действий, намного большую, чем в Европе, гарантируя право на монопольную торговлю и защиту капитала учредителей от претензий кредиторов.
Это создавало большие возможности для различных злоупотреблений — и они возникали. Как у графа Романа Воронцова, известного мздоимца, разорившего три губернии, где он был наместником и генерал‑губернатором. В 1760 году он учредил «Коммерчествующую в Бухаре и Хиве компанию», оставив себе единоличное право управлять ею. Растраты и попытки обанкротившихся купцов скрыться от кредиторов привели к тому, что в 1762 году Пётр III эту компанию запретил. Впрочем, престол в тот же год заняла Екатерина II: она отыграла назад и даже купила акции компании для торговли на Средиземном море.
Так продолжалось до начала XIX века. Поводом к созданию законодательной базы, регулирующей акционерные отношения в России, послужило банкротство в 1805 году «Акционерной для строения кораблей компании», созданной в 1782 году. Кредиторы попытались через суд взыскать с акционеров всю сумму долга. И император Александр I лично разъяснял Сенату: «Мы признаём нужным подтвердить при сём случае то правило, что акционерная компания отвечает одним лишь только складочным капиталом, и, следовательно, ни один из акционеров её при неудачах не теряет свыше положенного в компанию капитала».
Сенат занял позицию императора и постановил указом от 6 сентября 1805 года: «Акционерная компания отвечает одним складочным капиталом». Так в России был введён принцип ограниченной ответственности акционеров. А 1 января 1807 года Александр I выпустил манифест «О дарованных купечеству выгодах, отличиях, преимуществах и новых способах к распространению и усилению торговых предприятий». В нём наряду с двумя обычными купеческими товариществами (полными и на вере) признавалось ещё одно — «товарищество по участникам», которое создаётся из тех, кто складывается деньгами, образующими «складочный капитал». Таким образом в России официально вводилось понятие акционерных обществ, признавалась их важность для экономики страны и регулировались механизмы создания (только с разрешения властей).
В 1836 году Николай I указом утвердил «Положение о компаниях на акциях» — первый законодательный акт, напрямую касающийся акционерных предприятий. Положением было установлено, что «компании на акциях составляются посредством соединения известного числа частных вкладов определённого и единообразного размера в один общий складочный капитал, которым и ограничивается круг действия и ответственности каждой из них». Также закреплялся разрешительный — «по усмотрению правительства» — порядок открытия акционерных компаний. Разрешение правительства отныне требовалось и для изменений в уставе таких обществ.
Этому предшествовало письмо министра финансов Егора Канкрина министру внутренних дел Дмитрию Блудову: «Я не могу скрыть, что сомнительные успехи некоторых компаний... грозят отохочиванием публики вовсе от участия в оных, тем более что немалое число людей уже разорилось от ажиотажа, почему на будущее время требуется вящая осторожность правительства, и в сём отношении лучше отказать десяти не совершенно положительным компаниям, нежели допустить одну ко вреду публики и самого дела».
К тому времени в стране действовала 41 акционерная компания.
После крестьянской реформы
Бум создания акционерных обществ начался после реформ 1861 года, всколыхнувших финансовую жизнь страны. Именно акционерные общества постепенно стали самой ходовой и самой эффективной моделью объединения финансов для инвестиций. Если бы пришлось ждать, пока кто‑то накопит нужную сумму, мир оставался бы без железных дорог, отмечал Карл Маркс в «Капитале», вышедшем в 1867 году: «Напротив, централизация посредством акционерных обществ осуществила это в один миг».
Свидетель тех событий князь Пётр Кропоткин отмечал, что после освобождения крестьян акционерные компании росли, как грибы после дождя: «Помещики спешили закладывать имения в только что открытых частных банках. Недавно введённые нотариусы и адвокаты получали громаднейшие доходы». «Люди, которые прежде скромно жили бы в деревне на доход от ста душ, а не то на ещё более скромное жалованье судейского чиновника, — писал теоретик русского анархизма, — теперь составляли себе состояния или получали такие доходы, какие во времена крепостного права перепадали лишь крупным магнатам».
Акционерный капитал притягивали в первую очередь железные дороги, но доходило до абсурда. В 1863 году только что созданное «Акционерное общество конно‑железных дорог» запустило на Невском проспекте российской столицы новый вид транспорта — конку. Нарядные синенькие вагончики всего за пять копеек (на империале, а попросту на крыше — ещё меньше, три копейки) перемещали пассажиров по центральной улице страны. Правила пользования были не слишком строгие: «В предупреждение несчастных случаев господа пассажиры приглашаются входить и выходить из вагона только на местах остановки или тихого хода вагонов, причём соскакивать нужно обязательно по направлению вагона».
Впрочем, прогресс взял своё. В 1903 году власти Петербурга разрешили акционерному обществу автомобилей «пустить бензиновые моторы для общественного пользования по Невскому проспекту». А через четыре года «Акционерное континентальное общество моторных карет» предложило запустить в русской столице маршрутные автобусы на 26 человек каждый и «двести автомобильных фиакров, с таксометрами» — то есть фактически четырёхместные такси. Акционерному капиталу столица была обязана и гостиницей «Астория»: её построило лондонское АО «Палас Отель». Название взяли в честь гостиницы «Астория» в Нью‑Йорке, которая, в свою очередь, была так названа в честь её владельца (и одной из жертв «Титаника») Джона Астора.
От домов до фотоаппаратов
Экономика дореволюционной России в начале XX века быстро развивалась, чему способствовали реформы премьер‑министра Петра Столыпина. К 1913 году Россия занимала по общему промышленному производству 5‑е место в мире, по добыче электроэнергии — 8‑е. Прогресс сопровождался высокими темпами создания акционерных обществ: на 1 мая 1914 года в стране насчитывалось 1977 акционерных компаний с русским капиталом и 230 с иностранным капиталом. По сравнению с 1911 годом рост составил 42,2% и 25,7% соответственно.
В Москве на Остоженке до сих пор красуется доходный дом «Варваринского акционерного общества домовладельцев». Там жил в детстве поэт Илья Эренбург. Этому же акционерному обществу принадлежала гостиница «Националь» в начале Тверской улицы, здание кинотеатра «Художественный» на Арбатской площади, оно арендовало доходный дом на Мясницкой. Телефоном обеспечивало москвичей «Шведско‑Датско‑Русское акционерное телефонное общество». Электричеством — «Акционерное общество Электрического освещения». В 1888 году оно построило в начале Большой Дмитровки электрическую станцию.
Калошами снабжало «Франко‑Русское акционерное общество резинового производства и торговли "Богатырь"». Знаменитый завод ЗИЛ был основан в 1916 году как «Акционерное машиностроительное общество». Правда, он не успел выпустить ни одного автомобиля — помешали сначала Февральская, а затем и Октябрьская революции. Первые машины завод начал выпускать уже при новой власти, в 1924 году. Это был грузовик АМО‑Ф15 — несмотря на то, что предприятие национализировали, его дореволюционное название, в котором две буквы из трёх означают «акционерное общество», сохранялось ещё очень долго.
Союзы капиталов двигали вперёд прогресс во многих сферах жизни — ведь акционерные общества были самым удобным и логичным способом создать общий кошелёк для чего‑то нового. Акционерной компанией в Петербурге представляла себя фирма «Кодак». «Отец» русского кинопроката Александр Ханжонков тоже не ограничивался собственными средствами и действовал как акционерное общество «А. Ханжонков и Ко». А в 1909 году «Голос Москвы» сообщал: «Организуется акционерное общество, ставящее целью приобретать и эксплуатировать в России изобретения в области живой и говорящей фотографии, устраивать фабрики для изготовления кинематографических приборов для простой и цветной фотографии и картин, согласованных с пением, музыкой, речью и так далее».
Конец бума
Мода на акционерные общества в начале XX века охватила Россию далеко за пределами больших городов. В Дедовске, в 38 км от Москвы, в 1911 году была основана мануфактура «Анонимного акционерного общества со смешанным капиталом». Прядильно‑ткацкая фабрика отличалась изяществом. «Остроконечная башня и шпиль с флюгером, уходящим в небо. Здание с огромными окнами, кажущееся от этого сплошь стеклянным. Всё это было похоже на чудесный замок среди лесов», — писал один из современников.
Лесопромышленник Владимир Храповицкий создал в Судогодском уезде акционерное «Общество лесных складов». А в 1915 году было основано акционерное общество «Русские курорты» — для строительства и содержания пятигорских курортных отелей и тамошней же санаторской инфраструктуры. Курорты стали благодатной почвой для создания акционерных обществ по всей России. Достаточно было источников минеральной воды. Так произошло на Военно‑Грузинской дороге, так было в окрестностях Петербурга. Так случилось в 1908 году в Феодосии, где источник минеральной воды нашли в саду местного винодела Бианки.
Однако вскоре гонка за акционерными обществами приобрела в России нездоровые черты. Акционировались прачечные и сапожные мастерские. Некий «московский капиталист Х.» взялся создать акционерное общество по сбору окурков на улицах и дальнейшей переработке этого богатства в нюхательный табак. То же самое происходило в Европе и США, но в гораздо больших масштабах. В Нью‑Йорке, например, действовало акционерное общество под названием «Кошко‑меховая компания». Предприимчивые люди разводили домашних кошек и продавали их меховщикам на шкурки — так в Америке неожиданно возникла мода на кошачьи шубы (их ещё называли «автомобильные»).
Возможно, и Россию ждал бы подобный крен, из которого она вышла бы на новый экономический виток развития. Но Первая мировая война замедлила рост численности акционерных компаний: на 1 мая 1914 года их насчитывалось 2207. После Февральской революции 1917 года временное правительство сняло большую часть ограничений для них, и к октябрю 1917 года численность акционерных обществ возросла почти до 2850, а их совокупный капитал составлял более 6 трлн рублей.
